Мы все добровольцы - рядовые страны

«Высылаю вам мой рассказ об окончании военных учений на полигоне в России и переезде в зону СВО, - пишет Сергей Михайлович. – О том, что увидел и о своих размышлениях. Писал по ночам, когда было время и тихо.

Закончились учебные занятия, и мы под марш «Прощание славянки» убывали на новое место дислокации своей маленькой группой под номером 22. Какие счастливые лица! Никто ещё не знает, что нас ждёт впереди. Каждый был рад окончанию курса боевой подготовки. Не надо ходить по 5 км на полигон, надевая на себя бронник, каску, снаряжение и под палящим солнцем заниматься огневой. Казалось, всё завершилось.

Однако, всё только начиналось. Это был наш первый день на СВО с выездом за ленточку. В 7 часов 15 минут построили нас на плацу. Командир объявил о том, что должны прибыть офицеры Генерального штаба. Все в ожидании. Вдруг закрапал дождь, затем усилился и полил настоящий ливень. Ропот пробежал по строю: «Может спрятаться в палатки?», но из толпы произнес кто-то, что дождь на удачу и это магически подействовало на каждого. Никто не шелохнулся, все словно приросли к этой земле, к родной своей, российской. Я, как и все, стоял и думал: «Пусть дождик прольётся, побольше нам удачи принесёт», но дождь закончился быстро. Местные командиры поняли, что вышестоящее начальство по каким-то причинам не успевает, а держать дольше добровольцев не стоит. Скомандовали: «Равняйсь! Смирно!»

Вывели из строя несколько бойцов, построив в одну шеренгу. Им вручили удостоверение об окончании курсов БПЛА. Затем провели небольшой инструктаж, и под марш «Прощание славянки» скомандовали: «Направо! Шагом марш!» Это была первая команда, которую каждый доброволец ждал. Вот теперь он не курсант полигона, а боец добровольческого формирования «БАРСа» со своим позывным и номером отряда. На «Камазе» мы направились к месту назначения, ехать до которого было 300 км.

Загрузились быстро. Покидали своё имущество, мешки вещевые и всё, что привезли с собой. В дорогу выдали сухие пайки и бутылку воды из расчёта на каждого. Долго не прощались. Пофоткались. Водитель и проводник, кто знал дорогу сели в кабину, и мы тронулись. Все сидели на своих мешках у бортов. Внутри кузова к переднему его борту была прикреплена пластмассовая квадратная бочка с соляркой, поэтому внутри кузова чувствовался специфический запах, но это ничуть не смущало. Дорога была длинною. Сначала, с вида заднего борта, замелькали полигонные очертания. Грунтовая дорога, петляющая по степи, вскоре вышла на асфальт. Дышать стало легче. Чёрная пыль от угольника осталась позади. Замелькали мимо проезжающие автомобили, деревья, небольшие населённые пункты. Позади остался город Новочеркасск.

Обыкновенный провинциальный город со своей инфраструктурой. На что я обратил внимание в городе – это на дороги. Центральные широкие дороги разбиты на два противоположных направления, а между ними аллея высоких деревьев, присущих этой местности. Причём все стволы побелены на высоте, как будто под шнуровку ровно - ровно. И этот элемент ровности показывает порядок, а по середине травяной ковёр. Может, кому-то это и не бросилось в глаза. А я, проработавший более 15 лет в сфере благоустройства городской инфраструктуры, моментально на это обратил внимание. В город въехали с южных арочных ворот из камня. В старину они являлись воротами в город. По преданию, как мне рассказал таксист, когда меня вёз с поезда на пункт сбора, в город Новочеркасск должен был приехать царь. А вот с какой стороны он должен был въехать, городское начальство в то время не знало. И тогда построили две арки, со стороны южной и северной частей города, по дорогам, ведущим в город. После эти арки стали исторической достопримечательностью, украшающей сегодняшний город.

А мы ехали дальше. Справа и слева от дороги мелькали небольшие селения с маленькими низкими домиками, в основном, покрытыми шифером. Такое ощущение, что цивилизация центральной части России, где уже все перешли на металлический профиль, не дошла до южных этих широт. Домики или, как принято называть кирпичные хатки, мазанки действительно казались небольшими и низкими. По моим ощущениям они значительно уступают нашим рубленным деревянным домам. Жилая зона каждого домостроения крохотная, зато рядом пристроены большие хозяйственные постройки, скорее всего для скотины и птицы. Сзади, за забором, распаханы огороды и засеяны придомовые участки. Здесь вся земля чернозём, поэтому растёт и созревает всё быстро, заниматься земледелием выгодно. Дорога постоянно петляла, с одного холма перекатывалась на другой. Зелёная майская степь придавала ощущение радости и свежести, и можно издалека наблюдать весь обзор этого края. За нашей машиной оставались дома, лесополосы, огороды, сады, извилистая дорожка и луга. Казалось, война где-то далеко, но это было обманчивым чувством.

На одном из переездов по рации объявили беспилотную атаку, и наша машина резко повернула в лесополосу. Водитель, как бывалый солдат крикнул: «По кустам!» Мы резко попрыгали из кузова, убегая как можно дальше от машины. Военная движущая техника для украинских дронов находка на трассе. Ожидать нападения с воздуха вероятность большая, но в этот раз все обошлось благополучно.

К нашей машине подъехали несколько легковушек, чтобы забрать нас. Личное имущество осталось в «Камазе», а я с командой из 14 человек направился в белый легковой пикап, и мы поехали на точку. Через какое-то время добрались до города «В». Обычный провинциальный городок. Мне он напомнил бывшие мои Петушки. Ехали по главной дороге через центр. Торговый рынок не работал, но жизнь горожан шла в обычном режиме. Увидел новую строящуюся школу и дома, но в основном, преобладали строения обыкновенные старой социалистической застройки. Частный сектор выглядел таким же одинаковым. Опять же небольшие домики с приусадебными огородами. Дорожная сеть разная: где-то асфальт, где-то грунтовка. На выезде из города проложена, совсем недавно отремонтированная асфальтная дорога с тротуаром для пешеходов. Внешне город представлял удручающую картину. Многие бетонные и кирпичные стены домов с металлическими профильными заборами были в дырах от осколков снарядов. В отдельных многоквартирных двухэтажных домах зияли разбитые окна, другие были затянуты пленкой.

Но жизнь в городе не затихла. Все сетевые магазины и торговые павильончики работали. Люди ездили в автомобилях в обычном режиме. Несмотря на отсутствие явных признаков войны, её отголоски всё же ощущались. Разрушенные здания - тому подтверждение.

Город остался позади. С асфальтной дороги пикап ушёл на грунтовку и «полетел» вдоль засеянных зерновых полей. Водитель пикапа петлял, словно путал следы, и в какой-то момент резко свернул и заехал в лесополосу. Лесополоса в мае - это густая, как будто изуродованная растительность, напоминающая заросли американского клёна. Мне вспомнился наш заросший непролазный уголок за автостанцией и продуктовым рынком. Только у нас деревья и кусты стройные, прямые, а здесь стволы кривые и всё заросло травой по пояс. Наш путь закончился. Забрав свои вещевые мешки и снаряжение, мы тронулись по лесополосе пешком. К сожалению, не могу и не имею права описать наш пеший поход, но топать пришлось прилично долго, постоянно цепляясь за изуродованные стволы кустов и деревьев. Дошли до места дислокации. Все взмокли от жары и от усталости. Вот так наша группа оказалась на месте в боевом формировании.

И началась новая жизнь, подчиненная армейскому распорядку. И кто знает, как сложится в дальнейшем судьба каждого из нас. Единственно можно сказать, сладкого здесь ничего нет. Дисциплина, прежде всего. Армейский механизм работает как часы. Для молодых (типа нас неопытных) заново начали инструкторы проводить занятия. Мы приступили к изучению необходимого для нас вооружения. Нас обучали тактикам ведения огня и поведения в условиях военных вылазок и операций. Большое внимание уделяется медицине, особенно оказанию помощи при ранениях. Через какое-то время нашу группу всю расформируют. Каждый займёт свое место в общем армейском подразделении «БАРСов», и как сложится путь каждого, одному Богу известно. Судьба у солдата своя, но каждый надеется, что война закончится и он вернётся к СВОИМ домой».

Сергей Агапов

* Стиль и пунктуация автора сохранены