Нам сорок первый не забыть, нам сорок пятый вечно славить

10:20, 11.05.2022
Автор:
Нам сорок первый не забыть, нам сорок пятый вечно славить
9 мая 2022 года исполнилось ровно год как нет с нами Юрия Васильевича Смирнова, талантливого журналиста, члена Союза журналистов России, который проработал в редакции «Селивановский вестник» более 30 лет, начав трудовую деятельность с журналиста и закончил её главным редактором. Его имя занесено в энциклопедию «Лучшие люди России». На протяжении многолетней профессиональной деятельности Ю.В. Смирнов многое сделал для становления районной прессы. Всех коллег поражала широта кругозора редактора. Он всегда позволял себе показать собственный взгляд на происходящее. Работа была для него главным смыслом в жизни. Он не искал славы, и всё же был известным человеком в районе. К нему всегда с уважением относились руководители хозяйств, организаций, учреждений и, конечно, читатели. Юрий Васильевич писал на разные темы: о земляках, о трудовых подвигах людей, умел анализировать политические и сельскохозяйственные проблемы. Делал это блестяще, с глубоким знанием дела. Журналист поднимал острые, злободневные вопросы, происходящие в обществе. Он оставил богатое наследие – свои творческие труды, которые собраны в газетных подшивках. Его имя неразрывно связано с историей развития районной газеты «Селивановский вестник». Предлагаем вам подборку материалов встречи за «круглым столом» в редакции газеты «Искра Ленина» в 1985 году с ветеранами Великой Отечественной войны и труда: В.М. Мозеровым, М.В. Калёновым, С.А. и А.К. Пшевскими, посвящённую Дню Великой Победы.

От Волхова до Берлина. В.М. Мозеров:

- Призвали меня в армию с начала 1942 года, попал в 24-ю стрелковую дивизию, воевавшую на Волховском фронте, был пулемётчиком. Недолго довелось здесь прослужить, в феврале в одном из боев был ранен, а потом — два месяца госпиталя в городе Иваново.

После лечения попал в другой род войск, в артиллерию. Я оказался в батарее звуковой разведки. С помощью звука мы засекали артиллерию противника в любых условиях: зимой и летом, ночью и днем, в ветер и снег, в любую погоду. Давали точные координаты вражеской артиллерии, корректировали огонь своих орудий.

Главной нашей военной работой можно назвать подготовку к наступлению. За месяц-полтора, а то и раньше до его начала мы занимали позиции на переднем крае и вели звуковую разведку артиллерии противника. Определяли ее координаты, калибр, все другие нужные характеристики, чтобы потом вражескую артиллерию легче было подавить.

После Калининского фронта я был на втором Прибалтийском, когда уже после взятия Риги наши войска уничтожали Курляндскую группировку врага. Потом нас перебросили на первый Белорусский фронт, им тогда командовал маршал Советского Союза Г.К. Жуков.

Подготовка к наступлению велась скрытно. Боевые позиции оборудовались ночью, с рассветом все стихало, никаких разговоров по рации, все донесения - только с помощью посыльных. Враг ничего не должен был знать. Пятнадцатого января на нашем плацдарме началась разведка боем.

Мы стояли на Висле, южнее Варшавы. Наступил срок начала наступления, наши войска пошли сплошным потоком, не скрываясь от немцев. Через несколько дней Варшава была взята.

Много сказано и написано о полководческом таланте маршала Жукова. Мы в этом тогда сами убеждались, в дни подготовки к операции. Насколько все было продумано, взвешено. рассчитано до мелочей.

Осталась в памяти Берлинская операция. Нас перебросили на плацдарм у реки Одер. Мы видели, как союзнические американские бомбардировщики бомбили Берлин, чувствовали, что союзники подходят к Эльбе. И думалось: неужели мы не успеем к Берлину раньше, чем они...

А потом началось. Ночью мощнейшая артиллерийская подготовка, были включены прожектора, все видно, как днем. Советские войска пошли на прорыв фашистской обороны.

Я служил к тому времени в третьей ударной армии. Она пошла в наступление с севера. 18 апреля, почти на подступах к Берлину, меня легко ранило в руку. Конечно, в госпиталь идти не хотелось - война ведь вот- вот кончится. Как вычислитель, с логарифмической линейкой, я мог работать, так и остался до конца в части.

До сих пор в глазах такая картинка: едем мы по автостраде по направлению к Берлину, видим указатель — до центра фашистского логова осталось 23 километра. В эти же дни, в конце апреля, в газете «Правда» было сообщение, что наша 136-я артиллерийская бригада сделала залпы по Берлину. А мы входим в эту бригаду как разведывательный дивизион.

Через несколько дней над рейхстагом взвилось Красное знамя Победы. Сколько дорог пройдено до неё, сколько товарищей потеряно. Все это в памяти навечно.

Орден получил, спустя 40 лет. М.В. Калёнов:

- Страшную картину представлял из себя Киев в ночь с третьего на четвертое ноября. Город горел. Разрывы снарядов, свет прожекторов. Ночь была как день. После кровопролитных боев через несколько дней наши войска вошли в столицу Украины. Освобождение города стало отличным подарком киевлянам к 26-й годовщине Великой Октябрьской социалистической революции.

Но ожесточённейшие бои продолжались затем на окраинах Киева, под поселком Святошино, под Пущей Водицей. Ночью лег плотный туман. Как двигаться вперед, если ничего не видно через несколько метров: ни дорог, ни машин, ни строений. Комбриг Рокосовский послал группу бойцов в разведку, а потом танки с зажженными фарами и сиренами ворвались в тыл противника. Враг был ошарашен, этим мы и воспользовались, и нанесли ему немалый урон.

Следующей нашей задачей стало освобождение города Фастова, что в километрах шестидесяти от Киева. Маршем, с боями шли мы к этому городу. На станции Мотовиловка освободили наших пленных. Оказалось, что они были оставлены немцами для того, чтобы возить горючее, в ставший символом фашистского зверства Бабий Яр, где были расстреляны тысячи советских граждан. Стараясь скрыть следы своих преступлений, гитлеровцы сжигали трупы. Горючее доставляли пленные. Их участь была страшной: им предстояло тоже погибнуть в Бабьем Яру. Мы освободили их, и надо было видеть, как радовались обречённые люди своему спасению.

А наши танки шли дальше, на Фастов. Немцы не ожидали, что мы подойдем так быстро. Ночью с севера ворвались на окраину города, один из танков прошелся по железнодорожной стрелке, так, что немцы не сумели отправить железнодорожные эшелоны. А их подготовили к отправке немало, несколько десятков составов.

Немцев мы застали врасплох, они даже не успели разрушить город, который к утру был освобождён.

Но они никак не хотели смириться с тем, что они потеряли Фастов, очень важный для них в военно-стратегическом отношении плацдарм. Восьмого ноября на нас двинулась танковая дивизия, её мы отбили. А на следующий день в наступление на нас пошла еще одна танковая дивизия, эсэсовская, подкреплённая несколькими стрелковыми полками. Очень тяжелыми были эти бои. Наши танкисты превратили свои машины в настоящие огневые позиции, зарывали их почти по башню в землю и били прямой наводкой.

К четырнадцатому ноября город и его окрестности были полностью и окончательно освобождены от фашистов. За эти бои, за участие в освобождении города Фастова я был представлен к награждению орденом Отечественной войны. Но получить его не успел. Немцы, сгруппировав силы, начали наступать на город Житомир. И нашу часть отправили туда.

На подступах к Житомиру шли ожесточенные бои. При артиллерийском обстреле я был тяжело ранен в грудь, попал в госпиталь, и на этом мои фронтовые дела закончились. А орден за Фастов я получил только спустя целых сорок лет. Мирных лет, пусть же длятся они вечно!

Жди меня, и я вернусь.

С.А. Пшевский:

- Мы уезжали на войну и крепко помнили добрый наказ наших жён, сестёр. Каждому выпала своя военная доля, фронтовая дорога. Но все мы шли по ним с памятью о родном доме, о жене, о детях. Эта память помогала, когда было трудно.

 

Поначалу попал я в артиллерийскую часть. Был наводчиком, но подвело зрение, списали меня из артиллерии. Был и писарем, и поваром, и старшиной, служил в финчасти. Приходилось исполнять обязанности офицера связи, доставлять пакеты с донесениями и приказами из штаба в часть и обратно, под обстрелом и в таких ситуациях, которые в сводках назывались боями местного значения. Награждён за это медалью «За боевые заслуги».

А.К. Пшевская:

- Тяжелы минуты расставания с родными нашими, с близкими. Но мы крепились как могли.

Своего Сергея Александровича я провожала (такое совпадение!) 9 мая 1942 года. Разве я могла знать тогда, что именно этот майский день станет праздником Победы! На прощание говорила мужу: «Не горюй обо мне, как-нибудь выживем. Возвращайся только с победой».

Проводила мужа, остались мы с ребятишками одни. Все трое - школьники. Дочери в 9-м и 7-м классах, сын - в 4-м. Трудно было, но все у нас с малых лет к работе приучены. Своя коровка выручала нашу семью. Запасали для неё сено.

Пережили войну, встали на ноги дети, получили образование. Сын, например, стал кадровым военным.

Комментарии ()